Совсем недавно сотрудники Института системных проектов стали победителями в конкурсе инициативных проектов научно-педагогических работников МГПУ. Мы поговорили с командой лаборатории проектирования деятельностного содержания образования (руководитель — Владимир Львовский), представившей на конкурс проект «Деятельностный формат экзамена в магистратуре», чтобы побольше узнать об этой разработке.
В чем, на ваш взгляд, основное преимущество деятельностного экзамена перед традиционным?
Антон Агапов, лаборант-исследователь:
«Деятельностный экзамен как раз за счет изменения структуры отношений и формы обратной связи позволяет студенту чувствовать себя более свободно, безопасно, в большей степени вовлекаться в процесс, а не ждать, когда это все наконец закончится. Следовательно, преподаватель получает более развернутое представление о том, как его курс прошел для каждого из студентов и какие реальные умения удалось передать. Но помимо диагностики, не менее важным аспектом экзамена является рефлексия студентом освоенного содержания и его собственное понимание того, насколько полно оно освоено, есть ли какие-то дефициты.
То есть по сути, если на традиционном экзамене преподаватель проверяет студента, то в деятельностном формате студенты и преподаватели с помощью особенной структуры взаимодействия экзаменуют самих себя. Студенты понимают, чего им недостает в пройденном материале, а преподаватели — что им нужно изменить в содержании курса, чтобы его улучшить. В этом смысле это более «взрослая» форма экзамена, где никто не хочет казаться умнее, чем он есть на самом деле — ни студент, ни преподаватель. Если в традиционном экзамене результатом является фиксация текущего уровня знаний студента, то в деятельностном — это обязательно некоторые намерения относительно будущего взаимодействия с обеих сторон. Экзамен становится частью образования, опорой для него, «трамплином» для дальнейшего развития участников".
Татьяна Мысина, младший научный сотрудник:
«Таким образом, существует 4 основных критерия сравнения: это форма обратной связи, позиции, цель и формат. Они одновременно являются как главными отличиями, так и главными преимуществами».
Можно ли использовать такой формат экзамена не только в вузе, но и в школе?
Антон Агапов:
«Есть опыт использования подобных событийных форматов в качестве диагностических процедур в школе. Но они похожи разве что по форме, но не по смыслу. В школе с помощью событий можно диагностировать понимание предметного содержания, сформированность метапредметных умений. Некоторые опытные и думающие учителя могут действительно обнаружить особенности восприятия своего предмета детьми в таких форматах. Но есть большая разница в уровне субъектности между школьником и магистрантом, поэтому прямой перенос такого формата в школу с ожиданием аналогичных эффектов, конечно, невозможен. Но возможна его адаптация».
Татьяна Мысина:
«Учебная деятельность, организуемая в школе, отличается от квазипрофессиональной деятельности, организуемой в вузе. Поэтому без дополнительных исследований пока что нельзя определить границы применимости данного подхода к организации экзамена».
